Нервы

 

Владислав

Стас

Сашка

Настя

Могильщики

 

Перед сценой — некоторое подобие песочницы с высокими бортиками, достаточно узкое, длиной чуть больше роста человека. По краям стоят могильщики. На них серо-зеленые спецовки с грязными разводами. На голове береты. Копают.

На сцене затемнение. Видно только то, что происходит перед сценой. Пару минут — только стук заступов о землю. Затем сцена начинает освещаться. Комната с чистыми белыми стенами. Местами развешаны фотографии разных размеров. Одна, на которой сфотографирована группа стоящих вместе людей, довольно большого размера — чуть левее центра комнаты. На всех фотографиях лицо людей криво вырезаны по контуру. С потолка свисает на проводе лампочка без абажура, провод изогнут буквой S. Справа от центра сцены, у стены — обшарпанный холодильник. На нем магнитами приклеены различные записки. Одна — крупная, хорошо видна, на ней всего два слова: «НЕ ЗАБУДЬ». Еще чуть правее холодильника — окно, за ним сероватый пейзаж — многоэтажные дома. Симметрично этому окну с другой стороны еще одно, пейзаж — голая, безжизненная степь. По центру комнаты раскиданы листы с записями. У самого левого края — плита и раковина. Симметрично им справа — дверь, деревянная с матовым стеклом в верхней части. Оттуда доносится тихая музыка, ранний фьюжн, очень назойливо и тихо. Дверь не освещена и почти не заметна.

Среди раскиданных бумаг сидит Владислав, скрестив ноги по-турецки, его взгляд устремлен в пол. У правого окна — Настя, курит, стряхивая пепел в консервную банку, рассматривает дома за окном. Прислонившись к холодильнику сидит Стас.

Настя (слегка протяжно, глядя на Владислава): Н-ну?

Пауза.

Настя (еще раз, более настойчиво): Ну?

Стас достает из кармана монетку и начинает подбрасывать ее и ловить.

Настя: Ну?

Стас (спокойно, глядя на пойманную монетку): Решка.

Пауза. Настя тушит сигарету, кидает в банку окурок и выходит в дверь.

Пауза.

Владислав (поднимая голову, хрипло): Пиво еще есть?

Стас (открывает дверцу холодильника, задумчиво): Вермут есть… Холодный… Будем?

Владислав мотает головой. Стас закрывает холодильник, садится снова на пол, подбрасывает монетку.

Владислав: Что она спросила?

Стас: Она сказала: «Н-ну?»

Владислав: А что я ответил?

Стас: Ничего.

Владислав: Почему?

Стас: Потому что ты не хотел отвечать…

Владислав (с нервозностью): И это повод?

Стас: Это не повод. Просто из-за этого ты не смог ответить.

Владислав (делая ударение на последнем слове, заметно нервничая): Не смог?

Стас: Не смог.

Владислав (успокаиваясь): Хорошо. (ложится на пол)

Пауза.

Владислав: А что ответил ты?

Стас: Я подбросил монетку.

Стас подбрасывает монетку. Смотрит на нее.

Владислав: И что выпало?

Стас не отвечает, рассматривает монетку.

Владислав: Что выпало?

Стас (спокойно): Орел.

Владислав: И что ты сказал?

Стас (напряженно): Орел.

Владислав (приподнимаясь на локтях): Так и сказал?

Стас (заметно нервничая): Как «так»?

Владислав: «Орел».

Стас (успокаиваясь): Да.

Владислав: Хорошо. (ложится снова) Что было дальше?

Стас: Она вышла.

Владислав: В дверь?

Стас: Да.

Владислав: Почему?

Стас: Она услышала ответ на свой вопрос.

Владислав: Какой вопрос?

Стас: Н-ну?

Владислав: Это и был вопрос?

Стас: Да.

Владислав: Ее вопрос?

Стас: Да.

Владислав: И какой был ответ?

Стас: Орел.

Владислав: Это был ответ?

Стас: Да.

Владислав: Твой ответ?

Стас: Да.

Владислав: И она вышла?

Стас: Да.

Владислав (вскакивая): А дальше?

Стас: Ты спросил: «Пиво еще есть?»

Владислав: И?

Стас: Пива не было.

Владислав (быстро): Так-так-так. Пива не было. (медленно, растягивая слова) А дальше?

Стас: А потом наступил голод.

Владислав: Голод?

Стас: Да. (сбивчиво) Это когда.. такое место… и все стены… зеленые….

Владислав: И круг разорвался?

Стас: Да.

Владислав: Тогда?

Стас: Нет. Сейчас.

Владислав: Хорошо. И что это дает?

Стас: Нам?

Владислав: Нет. Ей.

Стас: Ты отрицаешь факт разорванности круга для нас?

Владислав: Нет.

Стас: Ты слишком часто говоришь «нет». Не пора ли?

Владислав: Не знаю. Думаешь должно начаться?

Стас: Да.

Владислав: Тогда чего мы ждем?

Стас: Звонка.

Владислав: Какого?

Стас: Третьего.

Владислав: Почему?

Стас: Так принято.

Владислав: Хорошо. У нас есть звонок?

Стас: Да. (достает из кармана колокольчик).

Владислав: Звони.

Стас трижды звонит. Входит Настя.

Настя: Н-ну?

Стас: Мы начали…

Настя: А зачем? Ты понимаешь, зачем вы это сделали.

Пауза.

Владислав (демонстративно глядя в окно): Потому что было пора.

Настя (кивая): Вот именно. Было пора. А почему?

Стас (хмуро): Потому что круг порвался.

Настя: Совсем хорошо. (пауза, задумчиво) Интересно…

Стас и Владислав: Что интересно?

Настя: Ты такой умный или просто тебе подсказывают ответы?

Владислав (Стасу): Почему она говорит «Ты»?

Стас: Потому что тебя нет.

Владислав: Как это?

Стас: Ты себя выдумал… Тебя нет…

Владислав: Есть только… ты?

Стас: Да.

Владислав: Ну это уж чересчур. Я, право, поражен. (пауза)

Настя: Ты так и будешь молчать?

Владислав (Насте): А что я должен сказать?

Настя: Что хочешь… Я не прошу чего-нибудь особенного… Просто… Скажи…

Владислав: Тогда… Можно сказать проще… Мне нечего сказать…

Настя: Почему, я что, по-твоему, не стою слов?

Пауза.

Настя: Ты когда-нибудь видел звезды?

Владислав: Да.

На что они похожи?

Стас (подбрасывая монетку): Решка.

Владислав: И еще на персики…

Настя: Персики?

Владислав: Да, потому что можно съесть, а вкус останется. И тогда… комнаты… а стены все… зеленые…

Пауза.

Настя: Хорошо…

Владислав: А потом цвет смывается… и остается вкус… на… губах… то ли клубники… то ли поцелуя…

Настя: А потом исчезает и он…

Владислав: Он тускнеет и истончается.

Настя: Превращается просто в шепот…

Владислав: Эту превосходную степень наших голосов.

На сцене темнота. Освещены только могильщики. Копают.

Владислав (очень тихо): Меня нет?

Музыка усиливается.

Владислав (громче): Меня нет?

Пауза. Музыка становится нестерпимо громкой.

Владислав (кричит): Меня нет?

Музыка обрывается. Тишина.

Настя (тихо): Нас нет.

Свет на сцене. Комната пуста. Могильщики копают.

Пауза.

Входит Сашка он ведет, буквально тащит за руку Настю. Она плачет.

Сашка: Садись. (за неимением мебели усаживает ее на подоконник правого окна, открывает холодильник) Вермут будешь?

Настя кивает.

Сашка: Я не знаю (достает бутылку) Ты зря так расстраиваешься. (протягивает бутылку) Ничего не решено, никто ничего окончательно не сказал.

Настя и Сашка по очереди делают по глотку из горлышка.

Сашка: Жизнь ведь, понимаешь, такая штука… (растягивая слова) такая штука…

Настя (зло обрывает): Штучная!

Пауза.

Сашка (бегло, заметно нервничая): Именно. В том и дело, что штучная… Не формованная… Не штамповка какая-ниубдь… Когда смотришь на стены, а они… все… зеленые…

Пауза. Настя берет бутылку и делает еще глоток.

Сашка (внезапно усталым тоном): Ну как, успокоилась?

Молчание. Сашка присаживается на корточки перед Настей и берет ее за руки.

Сашка: Послушай, наплюй, да и дело с концом… Не стоит оно тебя… Нервы… Это конечно хорошо но для тебя на этом мир не замыкается?

Пауза. Настя молчит.

Сашка (неуверенно, будто уговоривая): Понимаешь это все какой-то идиотизм… Кака вера в судьбу. (гнусаво, преувеличенно менторским тоном) «Каждое событие имеет причину!» (успокаиваеющим тоном) Просто на данный момент так вышло. Не важно даже, что именно произошло. Остается только стиснуть зубы и подождать.

Пауза. Настя закуривает, берет консервную банку, стряхивает — все медленно, подчеркнуто плавными движениями.

Настя (неожиданно спокойно): Хорошо. Не важно… Все… Абсолютно… Согласна… Я дура — ты как всегда прав… Знаешь, это напоминает какую-то хитрую карточную игру… Словно ты сдаешь, а у меня козыри… И стены… все… зеленые…

Пауза.

Настя: Ладно. (отхлебывает еще вермута) Будешь? (протягивает бутылку Сашке)

Сашка делает большой глоток, поднимается с корточек.)

Сашка (подчеркнуто заботливо): Ладно… Ты это… Учти… Если что… (выходит)

Пауза. Настя курит. Поворачивается. Смотрит на лампочку. Тоскливо.

Настя (словно бы ни к кому не обращается): Да… Да… (сбиваясь на крик) Да! (шепотом) Да…

Пауза.

(слегка жалостливо) Все как он говорит: Знаешь, смешная вещь — я слишком слабый человек… И именно за это я себя и не ненавижу… Казалось бы чего проще — всего лишь хоть раз сказать «Не хочу… Не буду…» И все…

В это время за стеклом отчетливо видно лишь лицо Стаса, его подсвечивают. Во время дальнейшего монолога Насти свет постепенно гаснет, так что Стаса становится не видно.

Проблема решена… Но… Как это… Как ты говоришь — «Противно»? Вот именно что противно… Слишком эгоистичной… быть..

Но ведь дело в чем… Ты при всем при том умудряешься не стать заложником… Ты делаешь как хочешь как хочешь и в то же время не опускаешься до позирования… То-есть вроде как я… Но в то же время… Как надо…

А жизнь давит… И я не разбираюсь… А дальше… Черт знает… И эти проблемы… Может прав он… Или ты? Или вы вместе…

Пауза. Делает глоток.

Такое ощущение, что вы сливаетесь в одного человека. А может у меня просто раньше двоилось?

И в любом случае… В любом… Надо что-то менять, но я не буду… Лучше ждать… Как всегда… (пауза)

Входит Владислав. Садится на прежнее место.

Владислав: И что она спросила?

Настя: Ну?

Владислав: Это и был вопрос?

Настя: Да.

Владислав: И каков же ответ?

Настя: Он прост.

Пауза.

Владислав: Ты передергиваешь.

Настя: В смысле «излишне дергаю»?

Владислав: В смысле… В смысле… В бессмысленности… Тебе не кажется, что мы уже окончательно запутались? (в дверном проеме показывается Стас)

Настя: Нет не окончательно…

Владислав: И когда же конец?

Стас: Когда ты поймешь, что тебя нет.

Владислав: Я уже понял.

Настя: Ты не понял…

Стас (обрываю): Ты просто запомнил два слова…

Настя: Я так не могу. Может ты можешь, а я хочу, чтобы было так как раньше.

Владислав: Ты не хочешь так как раньше…

Стас (обрывая): Да и не можешь, пожалуй смысла нет. Ты просто зафиксировал, но не принял. Тебе следует думать. (подходит к выходу) Учти это. (выходит)

Владислав: Ты хочешь нового, яркого, так чтобы яблочный сок хрипел, и солнце расползалось на твоих губах. А есть только что-то старое, пусть и велущее себя не так, как раньше. Ничего не меняется. Так вот плохо все устроено. Ты так и будешь бегать по кругу. Как раньше. Пока не настанет время оглянуться, тогда, зажмуриваясь до осколков солнца, ты остановишься, погаснет свет. (свет на сцене гаснет, видно только могильщиков) Ты оглянешься вокруг… и стены будут… все… зеленые… Тогда ты выйдешь за дверь — тебя там уже будут ждать (раздается звук захлопывающейся двери)

А я… (очень тихо) останусь.

Свет. Владислав сидит на прежнем месте. У него в руках бутылка вермута. Насти нет. Дверь закрыта.

Владислав: Знаешь… Такое ощущение, будто смысл потерян. И мы просто разыгрываем дурацкий спектакль. По кругу, по кругу. Просто чтобы успокоиться. Все привычно. Раз… (делает глоток из бутылки) А смысл… Его потеряли… Он лежит там, на дороге, в мешочке. А мы тут… Все становитя игрой в слова, рифмы, словорифмы… Чушь… Ничего хорошего.

Пауза.

Входит Сашка. Он ведет за руку Настю.

Сашка: Садись. (усаживает Настю на подоконник правого окна, подходит к Владиславу, берет у него бутылку) Вермут будешь?

Настя кивает. Сашка протягивает ей бутылку.

Сашка: Я все знаю. Сложно осознать, но мне все это знакомо. Ты считая, что все зависит от тебя, что без твоего участия ничего такого уж не будет. А тут вышло по-другому. Взрослые дяди все решили, а тебя в известность не поставили. Жизнь ведь, понимаешь, такая штука… (растягивая слова) такая штука…

Владислав (вскакивая, зло обрывает): Штучная!

Пауза. Сашка делает глоток, бутылка пуста.

Сашка: В том-то и дело, что нет. Штампованная она у всех… Раз-два… ГОСТ № 5. Потому я все знаю, все мне знакомо. (ставит бутылку в ведро под раковиной)

Сашка: Я передергиваю факты и возможно кажусь старым и умным. Может и так.

Проблема в том, что это еще никому никогда не помогало. Слишком сильны те инстинкты, что в тебя вдалбливали столько лет, человек слишком… (задумывается) Владислав (тихо-тихо): Тогда зачем вообще что-то делать?

Сашка (притворно изображая безмерно мудрую усталость): Ты ищешь смысл?

Владислав: Нет… не смысл… Смысл ведь должен быть чем-то таким…

Настя: Глубинным… скрытым… Владислав: А я просто хочу увидеть что-то внешнее и простое…

Сашка (внезапно разыгрывая шутливые интонации): На бы чего попроще, а?

Долгая пауза. Владислав встает, подходит к левому окну. Молчание.

Настя (задумчиво): Знаешь, тебе никогда не казалось странным, что ночью так часто хочется пить, но вода кажется горькой. Ты смотришь сквозь узкие щели в веках и думаешь, будто это напоминает прорези в игровых автоматахю И вот ночь кидает в тебя монетку новых ощущений. И ты начинаешь думать, а губы пересыхают…

Сашка резко выпрямляется. Выходит. Пауза. Владислав и Настя смотрят на дверь.

Владислав: Знаешь, дело ведь не в том, что тебя залило светом и ты, не разбирая дороги, начинаешь несьтись вперед. Дело в том, что ты ждешь финишного флажка…такого…клечатого…странного…

Все остальное…это как форма чашки- влияет на вкус только до тех пор, пока не закроешь глаза.

Настя: Когда же ты, интересно, успел стать таким умным?

Владислав Я не стал умнее. Это ты научилась разбирать мой бессмысленный лепет. Все просто…Как остриженный ноготь. Новое состояние сознания. И клацают зубы, и ты видишь смысл там, где его раньше не было.

Настя ( лениво прикуривая): Делаешь мне комплименты?

Владислав (хмыкает): А хоть бы и так… Врожденная наглость, знаешь ли… (неождиданно серьезно) Это все может быть и было бы важно, но не сложилось.

Настя (обрывая): Не сложилось, не сложилось… А разве могло?

Владислав (изображая лекторско-риторическую надменность): Есть ли свобода выбора?

Настя (тушит сигарету, соскакивает с подоконника): Вот именно. Был ли выбор или все решили за тебя?

Владислав (в пространство: Я за тебя… (задумчиво) Ты за меня…

Настя: Или, что еще интереснее, ты решал когда-то давным-давно или секунду назад?

Владислав: Секунду? Что такое секунда?

Настя: Время за которое можно успеть влюбиться.

Владислав: Что такое любовь?

Настя: Чувство цвета чужих волос.

Владислав: Мы играем словами?

Пауза.

Настя (Задумчиво): А на самом-то деле… Как проверишь? Была свобода выбора или нет? Вот если бы на все было две попытки, тогда можно было бы что-то решить…

Владислав: Значит? Настя: Значит — на самом-то деле все так, как тебе больше нравится… Вот как тебе больше нравится?

Владислав: Свобода… Полная… контроль, он… слишком… обременителен, знаешь ли. Зачем усложнять кому-то жизнь? (садится на подоконник)

Настя: Забавно… (садится в центре комнаты, начинает перебирать листы) Мы пришли к выводу, что ты определяешь судьбу Бога… Забавная инверсия…

Владислав: Но это лишь в пределах моей головы и нашей беседы…

Настя: А какая, в сущности, разница? Почему бы и не так? Кто сказал, что вся Вселенная лучше нашего с тобой разговора?

Пауза. Владислав достает монетку, кидает.

Настя: Ну?

Владислав: Орешка.

Настя (хихикая): Лесная?

Владислав: Хоть бы и так.

Пауза.

Настя: Тебе не кажется, что мы ходим по кругу?

Владислав: В каком смысле? (встает с подоконника)

Настя: Ты сам знаешь…

Долгая пауза. Владислав достает из-под мойки электрокофемолку. Начинает молоть кофе.

Настя (тихо): Да-да… Перемалываешь, разрушаешь, избавляешься… Твой способ. Твой метод. Твой выбор.

Владислав перестает молоть. Высыпает кофе в джезву. Ставит на плиту, наливая воду из-под крана.

Владислав: Ты забыла — выбора же не существует. Это фикция. Только в пределах нашей комнаты он имеет место.

Настя: А нам нужно больше?

Владислав: Может и нужно, может и нет. (резко) Решаешь-то все равно ты… Сколько бы кто ни говорил — разницы не будет. Только длинные пальцы и серые нитки. Все очень просто. (вздыхает, тихо, почти жалобно, негромко начинает играть музыка) Не важно, абсолютно не важно. Это как чужие ногти на твоих пальцах — удивительно, но не более того.

Да… А я как всегда не прав. Я просто не знаю, что сказать, видимо я как был, так и остался идиотом. (музыка постепенно усиливается) Мы танцуем, рисуя на полу квадраты, один в другом.

Та-да-да..

Та-да-да…

«А вы ноктюрн сыграть смогли бы?

Когда на сердце дребедень?»

Та-да-да… (подходит к самому краю сцены, прямо над могильщиками, Настя постепенно перемещается к левому окну) «ыть или не быть?» (пауза) Какая разница, если все равно не заметит никто кроме тебя, да и ты отвернешься? Всего через полчаса ты сможешь улыбаться и пить вишневый сок, а я уже буду принадлежать другому Богу.

Но меня пугает не это… (музыка играет совсем громко)

Всего одна вещь. Решившая все в самом начале, вернее середине…

Может ли середина быть началом? Не важно. Всего одна вещь, знаешь какая?

Настя (эхом): Какая?

Владислав: Я больше не заставляю тебя плакать. (падает в могилу, вырытую могильщиками, затемнение, слышна только музыка, которая постепенно переходит в туш и затем затихает, пока не устанавливается полная тишина)

Настя: Кофе убежал.

Свет. Сцена пуста.