Время велосипедистов

[<назад] [оглавление] [дальше>]

Глава XXIX, в которой становится ясно что произошло с Гервасио

Гервасио очнулся. По крайней мере ему так показалось. Или почудилось. Хотя весьма сомнительно, чтобы злобные пингвиньи морды можно было назвать чудом. «Мама,» — сдавленно просипел Гервасио (звук вышел таким из-за того, что чересчур сильно давила темнота сводов тоннеля). Пингвины нехорошо переглянулись (у пингвинов вообще редко получается сделать что-либо хорошо).

Гервасио жалобно пискнул и, плотно прикрыв глаза, снова упал в обморок.

Пингвины, недоуменно переглянувшись зашагали вглубь тоннеля.

***

Спецназ продвигался по тоннелю метро крайне осторожно, ведь впереди, в темноте их ждала целая свора злобных пингвинов Гумбольдта. Или не ждала, это уже было не слишком важно для не очень-то отважных полицейских. Из излишней осторожности спецназовцы даже временами останавливались, а то принимались идти назад (впрочем довольно скоро они замечали, что сзади тоже темно, а значит там тоже может притаиться опасность). Именно поэтому преодоление короткого отрезка в несколько сотен метров ушло около получаса.

Наконец жиденький свет фонарика выхватил из темноты скрюченное тело Гервасио (впрочем, почти сразу темнота выхватила это тело обратно). Спецназовцы переглянулись, они явно нервничали, чуя в этом коварный подвох пингвинов.

— Спокойно. — неуверенно пробормотал капитан. Неуверенность нарастала. Довольно скоро она вымахала до приличных размеров. Но, так как кормить ее было нечем, она вскоре умерла от голода и спецназовцы успокоились. Дюжие парни быстренько огляделись и, не найдя никаких ловушек, подхватили Гервасио на руки.

— Ну как? — поинтересовался капитан, заглядывая Гервасио в глаза. Глаза были неестественно расширены и было в них что-то еще странное, но капитан пока не мог понять что.

— Капитан, а движение поездов отключили? — спросил вдруг Гервасио и спецназовцы наконец заметили устойчивую вибрацию пола.

Глаза слишком ярко освещены, подумал капитан, прежде чем поезд метро проехался прямо по рельсам и отряду спецназа. Все это, впрочем, мало кого заинтересовало, так как ответственные операторы, находившиеся на связи со спецназом, неожиданно подумали, что они безответственные и только считали себя всегда ответственными. Эта странность повергла их в глубокую задумчивость, отчего они долгое время не замечали молчания в эфире.

[<назад] [оглавление] [дальше>]