Время велосипедистов

[<назад] [оглавление] [дальше>]

Глава XXXVIII, в которой Хлебчик смертельно надоедает

Хлебчик поправил прическу (прическа, на самом, деле была права, но это не важно) и направился знакомиться.

— Девушки, вы не позволите с вами познакомиться?
— Нет. — холодно ответила Карамель. Акварель же вообще не удостоила Хлебчика взглядом.
— Ну тогда придется знакомиться без разрешения. — Хлебчик на раскладной стульчик, который он всегда носил с собой, чтобы никто не мог отвертеться отсутствием свободного стула.

Некоторое время девушки помолчали. Надо брать инициативу в свои руки, подумал Хлебчик. Инициативы однако под рукой не было, поэтому Хлебчик решил просто развлекать девушек умными речами:
— Знаете, это все напоминает мне Грецию в 84-м год, когда я только начинал писать. Я в то время был фантастически беден (меня даже называли писателем-фантастом из-за этого), поэтому позволить себе поездку в Грецию в то время я не мог. Так что она до сих пор остается для меня чем-то таким… непонятным… — Хлебчик заткнулся, видя скуку на лицах девушек.

Умные речи не проходят, задумался Хлебчик, как же так? (на самом деле просто следовало открывать рот пошире, чтобы мысли могли протиснуться… Хлебчик же, как на зло, растянул накануне челюсть).

— А вам, случайно, тут не жарко? — поинтересовался писатель с тайной надеждой, что наконец-то найдется применение его новенькому китайскому вееру.
— К нашему величайшему сожалению, нам жарко намеренно. — Акварель сделала ударение на последнем слове (слово скорчилось — удар был довольно сильный).

Какие-то они не слишком дружелюбные, закралась в голову Хлебчика мысль. Мысль была довольно вороватой и, закравшись, тут же вынесла все, что было ценного.

Совершенно ожидаемо, Хлебчик услышал звук распахнувшейся двери на кухню. Из дверного проема появился официант (а он именно появился, никто ведь не знает — был ли он действительно на кухне или просто материализовался прямо в дверях), он нес новые порции коктейлей для Акварели и Карамели. Хлебчик, решивший попробовать себя в роли галантного джентльмена, вскочил, намереваясь выхватить коктейли из рук официанта и подать девушкам. Некстати подвернувшаяся ножка прервала его полет — писатель споткнулся и упал, ударившись головой о стол. Три раза.

— Ой, он кажется умер? — спросила Карамель. — Как вовремя. Признаюсь, он мне несколько надоел.
— Да, тем более в зал, кажется, наконец начали пускать. — и действительно: в очереди у входа началось некоторое продвижение.

[<назад] [оглавление] [дальше>]