Время велосипедистов

[<назад] [оглавление] [дальше>]

Глава IV, в которой Марат прыгает в окно, аэропорт раздавлен вечером, а Гервасио моет клетки

В комнате Шефа было тепло, даже почти жарко, так что с пола поднимался пар, который, по счастью, костей не ломит. — Собирайтесь, Марат. — сказал Шеф. — Вы вылетаете в Лиссабон сегодня вечером. Марат, мгновенно сориентировавшись, отдал честь (пробегавшему мимо уборщику) и выпрыгнул в окно (дабы сэкономить время на спуске), после чего потрусил в сторону аэропорта.

По дороге все время что-то шмыгало туда-сюда… Это слегка раздражало. Поэтому через пару минут раздраженное слегка, негромко всхлипывая, ушло в неизвестном направлении. «Ну и черт с тобой,» — раздраженно пробормотал Марат ему вслед. Слегка не обернулось, тщательно демонстрируя свою непоколебимую гордость. «Ах вот как?!» — возмутился Марат и припустил вслед за слегка. Догнал он его через пару кварталов, после чего повалил на асфальт и начал тщательно уминать ногами. Через пару минут, когда стихли истошные вопли, Марат с довольным видом продолжил свой путь.

Все последующие четырнадцать минут он прошагал в гордом одиночестве, после чего наконец достиг аэропорта. В аэропорте было людно. А еще багажно и самолетно. Наступал вечер, так как вылетать нужно было вечером. Еще через пару минут, он наступил окончательно, в каменную крошку раздавив здание аэропорта.

Быстренько пройдя паспортный контроль (необходимо было проконтролировать свой паспорт в течение двух минут на потеху публике), Марат прошел в салон самолета и, утомленный насыщенным днем, заснул прямо в кресле…

***

Именно в тот момент, когда Марат закрыл глаза, уже слегка набравшийся сторож Гервасио продолжал мыть клетки. Отмывались клетки плохо, по той причине, что вода была холодной, а мыться холодной водой довольно противно.

По этой причине Гервасио был зол… Не так, чтобы очень сильно, но порядочно. Он вообще был порядочным человеком.

Ему оставалось еще помыть клетку с пингвинами Гумбольдта. Кто такой этот Гумбольдт, и почему ему принадлежало целое стадо пингвинов, да еще и почему его пингвины живут стадами было неясно. Тем не менее клетку эту пингвины загаживали не хуже обычных, а потому помыть ее следовало, а поэтому Гервасио тяжко вздыхая распахнул решетчатую дверцу и шагнул внутрь.

Неожиданно в сторожке раздался телефонный звонок, назойливый как муха. Гервасио слегка покачал головой и рысцой побежал внутрь.

Дверца осталась открытой.

[<назад] [оглавление] [дальше>]